Позавчера разговаривала с одним своим виртуальным другом по телефону. Многие мои виртуальные приятели почему-то хотят убедиться, что у меня голос не крупнокалиберного орудия, уши не закладывает. Неважно. Он меня откровенно спросил, не прикидываюсь ли я, обвиняя чеченцев в причастности к исчезновению Ульмана?

Нет, не прикидываюсь. Сейчас поясню.
Некий мой бывший коллега, который внимательно следит за всей картиной общественного расследования дел группы Ульмана и Аракчеева-Худякова, втянул меня в дело Ульмана, зная, что всегда я хорошо ориентировалась в уголовке.
Замечу, что до меня защита пыталась обойти ложное «противоречие» между Уставом воинской службы и УК РФ. Т.е. вопрос ко мне лично моими бывшими коллегами ставился следующим образом: как бы сделать так, что вывести дело Ульмана с уголовки?

А надо вам сказать, что ведь у каждого в его профессиональной деятельности за долгие годы складывается набор приемов, если хотите, шаблонов… возникает узнаваемый почерк! Мне было странно, что сочувствующие товарищи обратились именно ко мне, поскольку знали, что я любое хозяйственное дело из арбитражного суда могу с легкостью переправить в уголовку. И там уже, без лишних скидок на какие-то особые обстоятельства, якобы возникающие исключительно в «рыночных отношениях», расправиться с уголовной рожей за милую душу.

Мой вывод по этому делу был однозначный! Захотели нацмены и наши тупорылые рассматривать это именно в уголовке, потребовали со спецназа, чтобы те не смели на суд надевать форму и знаки отличия, поизгалялись над белым свитером Калаганского, у которого из гражданской одежи ничего приличного больше не было, - флаг в руки! Бой надо давать именно на широком поле уголовки, а не на узком пятачке воинского Устава и секретных наставлений спецназу.

Я объяснила, что уголовка ведь квалифицируется не по составу, а по мотиву. Приписать уголовный мотив Ульману в данной ситуации практически невозможно. Это попытается сделать лишь совершенно тупой нацмен с заведомо уголовным правосознанием.

Малява 1. Об уголовных мотивах в различных слоях нашего общества

Давайте еще раз определим именно уголовный мотив , который теоретически возможно приписать Ульману: убил пятерых, чтобы скрыть смерть одного . Все! Больше здесь ничего откопать невозможно при условии, что состав уголовки налицо, а виновник банкета не запирается, как сука.
В деле Аракчеева-Худякова и мотива установить невозможно. Приписыванием немотивированной жестокости и неадекватны поступков – чеченская сторона демонстрирует, прежде всего, собственный национальный менталитет. Запомните этот момент! Для них действительно нормально – остановить машину, чего-то там сделать ужасного, потом, упившись и насытившись кровищей, забыть, чего ради они это затеяли. Но даже в суде необходимо все уголовные поступки объяснить связно и логично. Те паче, если с таким уровнем правосознания пытаются пояснять поступки офицеров, не раз проверенных на психологическую устойчивость и адекватность. Сами эти уголовные рожи не понимают, как на них начинают смотреть другие люди - после публичного вранья про изнасилованный Будановым труп снайперши или удобные места для группового изнасилования, выявленные ими в позиции группы спецназа. Подобные червячки на голом месте в голове не заводятся! Ясно, что имеется какая-то прочная основа для подобных мыслей об окружающих!

Вы никогда не задумывались, отчего Жеглов с Кирпичом беседует после того, как подбросил ему «коселек-коселек»? Он ведь не просто его на дополнительные сведения прокачивает, он мотивы фигурантов определяет. Поскольку только такое же уголовное чмо может точно указать мотив преступления.
С точки зрения чеченских уголовников, Буданов совершил убийство именно для того, чтобы изнасиловать труп. Разговоры про Родину, про солдатские жизни – не для них! По их представлениям, изнасиловать труп – нечто вроде сладкой мороженки. И мусолят, и мусолят! Само по себе предположение, что настоящий Герой России мог, как простой чеченец, трупы насиловать, - уже доставляет почти половое удовлетворение.
Да и ни в одну чеченскую голову не придет мысли, будто спецназ мог не воспользоваться беспомощностью задержанной. Ведь все чеченцы своими глазами видели очень удобное место отвлечься от боевых действий и расслабиться! Да им теперь никто не докажет, что, даже при наличии такого местечка, здоровый мужик Ульман ихним добром ни разу не попользовался. Ведь руки-ноги у потерпевшей до встречи с Ульманом были на месте, а сама она, как все в один голос утверждают, - была очень даже ничего! Как можно не изнасиловать-то?!?.. Это кем надо быть?!!

Итак мотив для уголовки можно подкрепить лишь полным отрицанием того, что Ульман был на задании и выполнял приказ, который переспрашивал три раза.
И вот тут помогать лгать чеченцам выходит не только ГВП, но и вся наша журналепистика. Я выдержала форменные боевые действия против себя, когда заявила корру НГ Аркашке Бабченко, что обращение, составленное им, - не просто провокация, а откровенное предательство.
Да, меня сразу начали избивать, я потеряла многие позиции в интернете, я напротив утратила многие возможности для самопиара. И пошла на это сознательно. Поэтому не надо говорить, будто я сделала это исключительно в целях пиара. Я докажу, что утратила более 60% прежних ресурсов. Проблема в том, что такой гаубице хватит ведь и 5% секторов обстрела. Но это другой разговор.

Интересно, что даже подлое обращение Аркашки никто из СМИ не тиражировал. Однако как только Аркашкина позиция осела кусочком рафинада, так сразу же его обращение ринулись перепечатывать господа Крыловы и Беловы-Поткины.
Я считаю, что этот факт – самый показательный. Это была лучшая проверка на ссученность.
Год назад можно было вообще отменить нынешний незаконный процесс! Но именно предательство этих господ не дало сформировать общей линии защиты. Сегодня и доказывать никому не надо то, что пытались помочь опровергнуть Бабченко – Крылов и Белов-Поткинд. Но именно поэтому нечего делать вид, будто насиональную карту не пытаются разыгрывать откровенные подонки и провокаторы.
А я всегда говорила, что надо с топких болотистых мест рассусоливаний про этносы и нации – сворачивать на обычную уголовку. В процессуальном порядке все вопросы решить можно, а на националистической основе – никогда не решить никакие вопросы.

Как Эдик не сопел на меня в телефонную трубку, я сказала ему, что обвинительный приговор он получит, поскольку состав уголовки обеспечил. Почитайте «Ментовский разговор»! Моя позиция не изменилась!
Но при отсутствии мотива и при условии выполнения приказа командования, причем, именно как спецназовец ГРУ, - он мог получить не более пяти лет условно, с учетом того, что отсидел раньше. Можете проверить мо мнение у любого знакомого юриста. В уголовке я вижу такой вот максимум, и все! А в том, что Эдику могли именно по Уставу накатать – я не уверена. И, как он описывал допросы свидетелей обвинения судьей, сами судейские, отлично поняли, что именно в уголовке они лишили себя маневра полностью. Поэтому они решили сворачивать на Уставы. Судья на допросах сидел, обложившись Уставами и наставлениями, и пытался найти лазейку. Только вот тетя Ира до этого сделала кое-что, чтобы не дать нашим уголовникам в ГВП сползти с уголовки.

Это я, конечно, цену себе набиваю. С целью пиара, разумеется. Поскольку загнать ГВП обратно в уголовку труда не составляло с учетом того, что за четыре года успели наболтать их чеченские союзнички.
Те, кто начинает совершенно безответственно доказывать гипотетическое «равенство» всех народов, должен изначально… свернуть на уголовку. Угу. Только в уголовном суде все нации и народности абсолютно равноправны перед УК РФ. Но ментальные качества, изначально неравные, здесь, конечно, могут сыграть злую шутку с теми, кто не стыдится демонстрировать публично собственное уголовное правосознание.

Обвинение, противореча своим собственным воплям в СМИ (причем, иностранных) о том, что «Ульман знал, что выполняет преступный приказ», «ГРУ снабжает своих бандитов лицензией на отстрел» и проч., стояло прочно на позиции не привлечения к ответственности руководителей операции. Но, желая рыбку съесть и кое-куда сесть, пропустило сокрушительный удар – к суду оказался с первых дней привлечен оперативный майор Перелевский.
Вообще… именно нацменовский уровень, когда вначале что-либо делается, а лишь после начинаются судорожные поиски разъяснений этим действиям с нормальной точки зрения, - играют в процессах военных особую роль. Мало того, что, нарушая российское законодательство в угоду нацменовским визгам тупых чеченцев, - ничего хорошего не получишь. Но надо же понимать, что, потакая требованиям тупых нацменов, которые не могут объяснить и собственные поступки, - непременно сам себе устроишь ловушку.

Разве не было бы полностью удовлетворено общее чувство справедливости, если бы вся эта операция была разобрана по косточкам, а главными преступниками на скамье подсудимых оказались бы подонки, предавшие собственных подчиненных, бездарно провалившие операцию – полковники Плотников и Золотаревский? Но нет! Надо руководствоваться дикими мотивациями времен палеолита! Кровь за кровь!
А кто такие чеченцы, чтобы требовать за свою кровь чего-то особенного? Каких диковинных ритуалов и немотивированных поступков?
Но понятно, что при разборе всей операции в установленном режиме и доследовании всего дела – могло бы прояснится и провокативное поведение потерпевших, ехавших в УАЗе. Если бы следствие в нормальном режиме установило, по какой надобности чеченские УАЗы наезжают с пассажирами на спецназовские засады, то и дальнейшее обсуждать нечего было бы.
Понимаете… первым вопросом, на которое должно ответить следствие в нормальном уголовке – на какие средства приобретен УАЗ, если, как утверждает сестра потерпевшего водителя Кока Тубурова, никаких источников дохода, кроме покосов сена, у их семьи не было. Все документы остались, их Ульман не сжигал – какие проблемы осветить элементарные правовые вопросы? Ведь как в деле Аракчеева-Худякова три года некий чеченский «потерпевший» Дилаев аккуратно ездит на все процессы, произносит в суде и перед прессой зажигательные речи, но никто почему-то даже не позаботится допросить этого общественника как следует. Выступает он на том основании, что его фирме принадлежала расстрелянная бригада и сожженный КАМАЗ. Но по документам получается немного иное. Так кто все-таки был допущен на все процессы, где давал заведомо ложные показания? Ах, тот самый Дилаев, чей тейп усиленно вышибается из Чечни, племянника которого в Москве чуть не пристрелили свои же, а другой родственник прославился похищениями людей и грабежами ненормальных выпускников детских домов?

Если подойти с чистой уголовкой к делам военных, чего так истерически добивались наши правозащитники не наших прав, то все эти дела рухнут в одночасье! Что и демонстрирует успешная деятельность адвоката Дмитрия Аграновского, который и поработал-то в Ростовских судах всего-ничего.
Почему? Да потому что лепятся эти дела - людьми с уголовным правосознанием!
Потому что на языке журналепистской демагогии у чеченцам можно приплести невнятные мотивации «борьбы за свободу и независимость». Но, доро пожаловать в родимую уголовку! Где эти мотивации ничем иным, кроме желания бандитствовать, воровать и насильничать – и не объяснишь. Какие там мыслишки про «свободу и независимость» могут прийти этим людям, повсюду выискивающим удобное местечко для изнасилования, - вне уголовки никто не сможет растолковать, имей хоть семь пядей во лбу. Зато как все расчудесно объясняется с точки зрения уголовного правопорядка!

Извините, не будет нормальный адекватный человек объяснять расстрел рожениц – желанием получить никакую иную свободу, кроме как свободы уголовного беспредела.

Малява 2. О ментовских комплексах, резко меняющих восприятие окружающих от обычного примеривания на кумпол форменной фуражки

Я уже говорила, что веры никому у меня нетути. Посмотрела я на вас, сограждане, в различных уголовных видах, и хватило мне этого для простого логического заключения: не хрен вам никому верить. Ни за кого из вас после уголовки я ни в чем не поручусь. Вы тут иной раз зажигаете в прогрессивном духе, а я ловлю себя на обрывке ментовской мыслишки, как вы родимую тещу при необходимости прикончите: ударом табурета по темечку или ночью на старушку с подушкой накинетесь?
Поскольку воровство в охренительных масштабах государственной собственности, откровенное сведение счетов с политическими и экономическими противниками, продемонстрированное за последнее время высшими эшелонами власти, - не могло не сказаться самым пагубным образом на правосознании всего общества.
Господа, детей нельзя нормально воспитывать, имея во власти такой уголовный отстой. Это чревато на всех уровнях, поверьте!
Многие граждане обижаются на поганое поведение ментовки. Но, за исключением все чаще повторяющихся случаев прямого перерождения в откровенных уголовников, такое отношение к собственным согражданам объясняется тем, что в ментовке работают люди отнюдь не железные. И выходят наружу… и смотрят на окружающих приблизительно так же, как и на рабочем месте. В превентивном предположении, что все вокруг лишь по чистой случайности пока еще не прокололись.

Хочу рассказать еще об одном телефонном звонке. Итак, сразу после убийства Политковской, позвонил мне один очень старый знакомый ментяра. Чего-то там мы поговорили меж собою… А далее он мне высказывает мысль, которая может прийти только в голову, которую долгое время украшала ментовская фуражка. Какую? Он мимоходом поинтересовался, не мой ли подзащитный Ульман эту журналистку шлепнул? Мотивы у него были. Она ведь хрен знает что про него плела.
Я… промолчала. Поскольку он ткнул в мои самые больные ментовские сомнения. И Эдик, главное, тогда чего-то не звонил. Кстати, слишком эмоциональный наезд с матом на дохлую тушку этой наследницы Писарева и Белинского в одном флаконе – показывает всю глубину моих ментовских раздумий.

Потом Эдик вышел на мои матершинные постинги про покойницу. Счастлива была неимоверно! Ей бы куда меньше досталось, если бы я не переживала, что Эдик мог оскоромиться из-за ее подлого лживого языка.
Узнав в чем дело, Эдуард на меня даже обиделся: «Ну, вы уж совсем, Ирина Анатольевна! Как вы могли про меня такое подумать?»

Ой, да что я буду думать ментовскими мозгами набекрень про человека, проходящего по уголовке с шестью трупами? Я версию выдвину и молча ее отработаю. Пускай лошадь думает, у нее башка больше, под фуражку не помещается.

Но разве я одна такая? Никаких иных версий наша ментовка на пару с прокуратурой и не озвучила. Я-то хоть на гражданке нынче аналитицки мыслить стараюсь, а энти – фуражки поправили и с помпой потащились признательную вышибать у друзей мента Сергея Лапина в Нижневартовск. Поскольку такая блевотина, которую про Лапина написала Политковская, - сама по себе является хорошим уголовным мотивом. А уж процесс, где явно избитого человека с видимыми следами истязаний судили за убийство находящегося в розыске торговца анашой, - он является даже не мотивом, а… уважительной причиной!
Так чего с меня-то было требовать нечеловеческой веры в.. ?

Но все же я была рада, что Эдик не стал о такое руки пачкать. Это еще больше меня на его счет озадачило. Понятно, что в спецназ ГРУ отбор ведется очень жесткий. В особенности, на адекватность и уголовную мотивацию. В таком случае, какого черта пытаться к нему прилепить слюнями свои уголовные мотивы? Вот, думаю, параша уголовная.

Малява 3. Почему я считаю причастными именно чеченцев?

Да потому, что сложившаяся ситуация отдает именно их тупой и наглой мотивацией. Посмотрите, ситуация складывает тупиковая! Значит, поработал тупыми мозгами наглый нацмен.

Вот нацмены вылезли в КС РФ с требованием отменить решение суда присяжных. Никаких новых данных не предоставлено. Просто наглый, чисто уголовный нахрап. И что имеем? А вы знаете, что решения судов присяжных по делам Ульмана и Аракчеева-Худякова до сих пор не отменены ? Ой, как это, как это? А вот так это! И тупые нацменовские претензии о том, что чичи «дискриминируются по служебному признаку» (будто они могут выполнять какие-то общественно-полезные службы без военизированной охраны) – имели вид чисто формальных отписок, так и ответили им в том же русле. А далее идет правовой беспредел. На основании Постановления КС РФ от апреля 2006 года, Военная коллегия Верховного Суда РФ отменяет вынесенный группе Ульмана оправдательный приговор суда присяжных, вновь направляя дело в суд для рассмотрения – в третий раз – теперь уже одним профессиональным судьей.

Но КС РФ не отменял оправдательный приговор присяжных! Само по себе Постановление КС – спорное в правовом отношении. Вернее, абсолютно противоречащее Конституции. Напомню, Конституционный суд постановил, что все военнослужащие, обвиняемые в совершении преступления, совершенного на территории Чечни, не имеют права обращаться в суд присяжных, их дела должны рассматриваться военными судами без участия присяжных. Конечно, значительно сузило круг гражданских прав, предоставляемых военнослужащим, проходившим и проходящим службу на территории Чечни. Возникает их дискриминация по социальной принадлежности, причем не только по сравнению со всеми другими гражданами РФ, но и с другими военнослужащими, несущими службу в других регионах России.

Но какое отношение это имеет к делам Ульмана и Аракчеева-Худякова? А никакого! Поскольку на основании Постановления, выпущенного после судов – поздняк метаться. И, стал быть, Военная Коллегия не имела вообще никакого основания для отмены оправдательного приговора.
У нынешних процессов нет никакой правовой основы вообще! Надеюсь, не все присутствующие – тупорылые нацмены, поэтому рассчитываю, что кое-кто все же меня поймет.

В отношении обвиняемых был нарушен основополагающий принцип права, закрепленный как в Конституции РФ (ст.54 ч.1), так и в Уголовном Кодексе РФ (ст.10 ч.1), в соответствии с которым закон, ухудшающий положение лица, не имеет обратной силы.
Нет, если мы уже по-нацменовски насрем на основы международного права, тогда, конечно! Тогда давайте всех пересудим обратно по старому УК РФ, по которому все, что творит на посту Президента РФ господин Путин – классифицируется исключительно вышкой. Вернее, тремя. Можете почитать старый УК до 1 января 1997 г. и убедиться, что ВВП уже заработал на три вышки.
Видите, как все просто и логично получается на нормальной основе традиционной уголовки не извращенной какими-то плохо квалифицируемыми ментовскими мозгами стремлениями сограждан к независимости, суверенитету, политкорректности и интеграции с мировым сообществом, созданием прослойки эффективных собственников и фонда будущих поколений россиян и прочее, прочее. В уголовке – три вышки подряд и все мотивации описываются без ложного пафоса. Ну чо мудотней заниматься?

И вот, когда с другой стороны защита подходит к окончательному осознанию простоты доказательства полной незаконности происходящего – вдруг исчезает Ульман с друзьями, якобы резко струхнувший, что аж 23 года будет продолжать в России подобная хуйня в уголовке! А он, бедненький, якобы, при этом будет на нарах париться!
И вся уголовная шваль, не прошедшая бы и отбора в ОМОН, разве что «чеченский», визжит, что на месте Ульмана оне сразу же бы сдриснули, поскольку ему, дескать, надо Калаганского с Воеводиным «спасать». Я уже написала, до чего ни одна чеченская срань не додумалась.

Правильно, они ведь только о сиюминутной собственной пользе думают. Этим и отличаются нацменовские размышления! Потому чичи – народность, а не «нация», как им тут некоторые от щедрот отвалили. Они потому и нацией не стали, что абсолютно не умеют просчитывать последствия от своих уголовных действий. Не могут проанализировать все априори.
Решив думать за спецназ ГРУ, чичи тут же прокололись с семьями обвиняемых, которых просто выкинут из ведомственного жилья, раз спецназ добровольно не выполнил назначение служебной командировки. А выкидывать их будут все сослуживцы, поскольку чичам так понравилось корчить из себя перед журналистами абсолютно незаинтересованных в материальном возмещении, что они позабыли начало процесса, где выяснялось, кто будет оплачивать затребованными ими полтора миллиона долларов. Ну, не помещается все сразу в нацменовской черепушке!

А далее я прикидываю на себя прокурорскую речь… как бы я ни с того, ни с сего потребовала таких сроков… ясно, что писать надо об исключительной общественной опасности обвиняемых и… и требовать их немедленного заключения под стражу! А иначе никак с такими пошлыми результатами не объяснить своих кровожадных мотиваций. Ведь это вообще-то уголовный процесс, а не цирк-шапито с клоунами. Не просто так ведь прокурор от несварения желудка чего-то может потребовать. Да и наказание обвиняемым требуется в интересах общества, а не потому что прокурору из Администрации Президента позвонили по мобильному, ковыряясь в зубах.

А после мы имеем оптимистические заверения Речкалова о том, что его сбежавший от провосудия друг… не так опасен, чтобы ему следовало 23 года строгача припаять. А как он – «опасен»? Настолько, чтобы де5ргаться совершенно по-нацменовски? Рубахи на себе рвать и волосы на заднице?
Думать надо, что пытаетесь навешать на спецназ ГРУ! Думать надо своей головой, а не нацменовской задницей!

Вот сейчас можно посмотреть, в какой жопе оказывается весь процесс. А все из-за нацменовских визгов «они сбежали, чтобы признать свою вину»! Какую «вину»? Они ни от чего не отпирались. А то, что они, якобы, по своему почину задержанных укокошили.
Но при этом сидит майор Перелевский! С ним-то теперь как быть? Раз сбежавшие укокошили по собственному почину, то его теперь на волю надо выпускать и извиняться за испоганенные нацменовскими издевательствами годы. Значит, прокурору надо честно признаться, что он пошутил 4 апреля. Решил продолжить День дурака-прокурора. Ему надо снимать требования в отношении Перелевского на пожизненное заключение и объяснять, что мотивации вынесения такого требования у него были… чисто уголовные! По меньшей мере, его требование на фоне «побега» выглядит общественным хулиганством. Но возникают серьезные вопросы к тому, как он вообще выполняет свои должностные обязанности?

Это урок всем прокурорам РФ! А ты не связывайся с нацменовской уголовщиной! Нацмену все, как с гуся вода, а ты обосранным до конца дней останешься.

Прикинув все эти резоны, я и вижу, что парилась над этой ситуацией явно нацменовская тупая репа. И вынесенное в отдельное производство дело Перелевского – первый звонок того, что все наши судебные органчики не знают, как теперь выгребать из этого дерьма.
Потому что… это самый укатанный прием в уголовке! Это и Дмитрий Аграновский вам подтвердит. Развалить, по тихому «притушить» любое дело – можно лишь, расчленив его на отдельные производства.
Но, как видите, нацмен всегда проколется. Следовать закону не могут, гнилое нутро мешает. А как начинают свое выдумать, руководствуясь мутными представлениями о «справедливости» всех лично к ним, все заканчивается обычным уголовным беспределом. А это – тупиковый путь!